3. Реализация национальной политики относительно белорусов польскими властями (1921–1939 гг.).

Правовой статус белорусов в польском государстве определялся рядом международных соглашений. В первую очередь это было соглашение о национальных и религиозных меньшинствах, т.н. Малое версальское соглашение, подписанное 28 июня 1919 г., которое считалось одним целым с мирным соглашением и было обязательно для всех подписавших ее государств. Соглашение это гарантировало всем гражданам II Речи Посполитой независимо от расы, языка, вероисповедания равенство перед законом и возможность пользоваться гражданскими и политическими правами. Соглашением предусматривалось, что со стороны государства не будет чиниться никаких ограничений в организации ре лигиозной практики любого вероисповедания, в употреблении непольских языков в частных, торговых и религиозных сношениях, в прессе, судах и гражданских акциях, в работе просветительных, благотворительных и религиозных организаций. Польское правительство должно было обеспечить гражданам с непольским родным языком, которые образовывали значительную группу населения данного города или района, начальное обучение их чад на родном языке. Также в таких регионах правительство должно было обеспечивать меньшинствам выделение финансовых средств из государственного и местного бюджета на воспитательные, религиозные и благотворительные цели.

В ст. 1 Малого версальского соглашения Польша давала гарантию, что не один закон, не одно распоряжение или действие государственной администрации не будет возражать положениям соглашения. Эти положения были отраженны в основном в конституции 17 марта 1921 г . и продублированы в конституции 1935 г .

Права белорусов II Речи Посполитой юридически защищались, хотя довольно размыто и обще, и в Рижском мирном соглашении, заключенном 18 марта 1921 г . между РСФСР и Украиной, с одной стороны, и Польшей - со второй. В ст. VII соглашения утверждалось, что Польша предоставляет лицам русской, украинской и белорусской национальностей на основе равноправия наций все права, что обеспечивают свободное развитие культуры, языка и выполнение религиозных обрядов. Утверждалась, что русские, украинцы и белорусы имеют право в границах внутреннего законодательства культивировать свой родной язык, организовывать и поддерживать свои школы, развивать свою культуру и образовывать с этой целью товарищества и союзы. Правда, в соглашении ничего не говорилось о том, что Польское государство должно было само создавать школы на языках национальных меньшинств .

Изучая реализацию национальной политики в Западной Беларуси, необходимо иметь ввиду, что для политиков, которые разрабатывали национальные программы, главной перспективной целью была государственная выгода - достижение единства народов Польши. Польская администрация, впрочем как и преимущественное большинство польского населения, находилась под влиянием мифа «восточных крессов» , согласно с которым польский народ является богоизбранным для несения западной цивилизации и культуры на восток. В 20-30-я годы в Польше это вылилось в необдуманно жестокую национальную политику, что не принесло пользы ни национальным меньшинствам, ни самим полякам.

Одним с самых характерных показателей состояния демократии в стране является возможность государства обеспечить свободу и независимость выборов в представительные органы власти - как цент- ральные , так и местные. Локальная администрация всеми возможными и невозможными способами стремилась повлиять на итоги выборов с целью исключения из них представителей национальных меньшинств и победы проправительственных сил.

Выполнение законов «О государственном языке и рабочему языку в правительственных учреждениях и учреждениях самоуправления», «О языке в судах, прокурорских и нотариальных учреждениях» также не осуществлялось в полной степени, предусмотренной самими законами. Случаи, при которых должен был употребляться белорусский язык, сокращались многочисленными исполнительными распоряжениями. Инструкция об исполнении законов «О языке...» для старост Полесского воеводства от 29 января 1926 г ., изданная на основании рескрипта МВД от 1 декабря 1925 г ., позволяла государственным чиновникам в ответах граждан на белорусском языке употреблять латиницу, во всех устных ответах на обращения белорусов - только польский язык. Согласно Инструкции, государственные печати, вывески на государственных учреждениях и внутри их могли быть только на польском языке. Все документы , какие гмина или магистрат подавали в вышестоящие учреждения не на государственном языке, оставлялись без рассмотрения. Заявления на белорусском языке, направленные в любое государственное учреждение в случаях, когда закон не предусматривал использования местного языка, належало возвращать.

Действия локальных польских властей часто сводили на ничто многие правительственные планы. Одна из главных причин - презрительное отношение местной государственной администрации к белорусскому населению. Многие государственные деятели, министры, воеводы отмечали выполнение национальной и конфессиональной политики своими подчиненными (уездными старостами и пониже по чиновничьей лестнице) не в русле государственных директив и распоряжений , а согласна со своим пониманием ситуации во восточных воевод ствах. Представители же местной администрации, которые много годов занимали свои должности, видели непоследовательность действий центральной власти в национальном вопросе, наблюдали временную смену министров, кабинетов и лиц, что управляли и вырабатывали национальную политику, потому и ощущали свою безнаказанность и все дозволенность . Они были, фактически, и авторами, и исполнителями этноконфессиональной политики Польши в Западной Беларуси.

Last modified: Tuesday, 20 March 2018, 2:30 PM